ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ

10.11.12

Хаос во властных структурах

Цель всей моей политической деятельности можно сформулировать просто — обеспечение существования Израиля в качестве еврейского, сионистского и демократического государства.

Я уверен, что решения, принимавшиеся руководством страны в контексте «плана размежевания» (или «плана отключки»), и способ их принятия ставят под вопрос существование Израиля как государства, наделенного упомянутыми качествами. План «отключки» был полностью оторван от, хотя бы, декларировавшегося прежде принципа билатеральности (взаимности). По сути, еврейские поселения демонтированы в качестве промежуточной, ни к чему конкретному не ведущей и ничего конкретного не обеспечивающей меры. Речь здесь идет не о тактической передислокации, а о стратегическом шаге принципиального значения. Любое решение, сопряженное с «безвозмездным» демонтажем еврейских поселений (где бы они ни находились) и влекущее за собой «односторонний» трансфер евреев, представляет угрозу существованию Государства Израиль. Реализация этого плана поставило в труднейшее положение страну, партию Ликуд, да и лично самого Ариэля Шарона. Водоворот, в который была вовлечена страна, лишил правительство возможности нормально функционировать как на внешнеполитическом, так и на экономическом фронте.

Этот план безнадежно запугал рабочие отношения канцелярии премьер-министра с руководством служб безопасности, довел до разрыва отношения премьер-министра и министра финансов, поставил вопрос о существовании вообще каких бы то ни было еврейских поселений и городов за пределами «зеленой черты»[2] и, наконец, породил невиданный раскол внутри «партии власти» — Ликуда.

В книге приводится план, являющийся альтернативой бездумной политической линии Шарона и его «идейных соратников». Он призван гарантировать наше существование в нашей стране. Его основная идея — полное и окончательное отделение друг от друга двух соседних народов: еврейского и арабского.

Любые попытки решения палестинской проблемы в отрыве от проблемы израильских арабов лишь усугубят конфликт и приведут к очередному ухудшению нашего положения. В конечном счете, это приведет к созданию национально-однородного палестинского государства одновременно с закреплением статуса Израиля как государства двунационального, где арабское меньшинство все демонстративнее отождествляет себя с палестинцами (т. е. не желает быть лояльными Израилю гражданами). В пределах такого Израиля правительство соседней Палестины будет манипулировать действующим в его интересах арабским населением. Подобная ситуация скоро приведет к прекращению существования Израиля в качестве еврейского и демократического государства. События последних полутора лет, начиная с огласки основных положений плана «отключки» и обсуждения их главой правительства с президентом Бушем в Вашингтоне, выявили отсутствие в нашем руководстве элементарной политической культуры, нежелание моделировать возможные варианты развития событий, полный отказ от коллегиального принципа принятия судьбоносных решений. Прав был Генри Киссинджер, сказавший, что у Израиля нет внешней политики, а есть только политика внутренняя (я бы добавил: внутрипартийная).

В стране, вынужденной постоянно иметь дело со сложными и наболевшими проблемами (угроза оружием массового поражения, непрекращающийся террор, острейшие социальные противоречия и наличие внутри страны многочисленного и недружественного национального меньшинства) необходимы такие элементарные нормы руководящей деятельности, как тактическое и стратегическое планирование и преемственность проводимой политики. Сложившаяся система взаимоотношений различных органов власти в Израиле с гипертрофированным влиянием ее неизбранной составляющей (чиновники, сотрудники правоохранительных и судебных органов) лишает израильские правительства возможности принимать и проводить в жизнь адекватные решения. К этому добавьте отсутствие политической смелости наших руководителей, умения мужественно взглянуть фактам в лицо. Результат: полное подчинение национальных интересов Государства Израиль меж- и внутрипартийным дрязгам, последним опросам общественного мнения и скоропалительным «планам» и «программам», порождающим иллюзию решения проблем и, следовательно, отдаляющим нас от подлинного их решения.

Предложенный мною план «Обмена территориями и населением» неизбежно приведет к изменению границ страны и, естественно, к перемещению отдельных групп населения. Успех плана обусловлен наличием широкого национального консенсуса. Судьбоносные для страны и народа вопросы должны решаться на основе явного большинства. Значит, наилучший способ принятия подобных решений — всенародный референдум. Если данный план получит поддержку явного большинства на референдуме в Израиле, то следующий шаг — получение одобрения этого плана в Конгрессе и Сенате США — станет вполне реальным. Параллельно израильская и американская дипломатия будут вести работу по зондажу почвы в отношении этого плана в России и Евросоюзе. Поддержка хотя бы одним из этих «тяжеловесов» мировой политической арены наряду с поддержкой народа Израиля и законодательного собрания США станет залогом осуществления всей программы.

Предложенное мною решение станет вполне реальной мерой по выводу страны из опасного тупика, в который снова заводят нас действия, предпринимаемые правительством нашей страны. Этот план базируется на опыте стран, переживавших затяжные этнические и межконфессиональные конфликты. Возьмем за образец модель нашего ближайшего соседа — острова Кипр. Полное разделение греческой и турецкой общин если и не привело к идиллии братства и добрососедства, то, во всяком случае, обеспечило спокойствие и создало условия для нормальной жизни и развития обеих частей острова.

Как подлинно массовая и ответственная политическая партия «Наш дом Израиль» стремится стать партией власти, а не ограничиваться протестами, критикой и оппозиционным ворчанием на всех и вся. Поэтому мы содействовали созданию как первого, так и второго правительства под руководством Ариэля Шарона. В последнем его правительстве мы были самыми лояльными и эффективными партнерами. Но даже такая «возвышенная» цель, как пребывание в правительстве, не может оправдать измены собственным принципам.

Мы убеждены, что еврейские поселения — это отнюдь не преграда на пути к мирному урегулированию. В силу этого убеждения мы были обязаны предложить правительству альтернативный план разрешения конфликта. Этот план был нами разработан, опубликован и доведен до сведения правительства Государства Израиль. Настала пора ознакомить с ним возможно более широкий круг израильской и мировой общественности.

* * *

Когда я ушел в отставку с поста гендиректора Министерства главы правительства, я предполагал, что оставляю израильскую политическую арену всерьез и надолго. Я занялся бизнесом, в чем достаточно быстро преуспел, и этот успех убеждал меня в правоте сделанного выбора. Мир частного предпринимательства казался мне стихией, для которой я создан: я мог видеть результат своих действий и принятых решений, он предоставлял простор творчеству и фантазии и, как следствие всего этого, обеспечивал экономическую самостоятельность моей семье. Коалиционный кризис, сваливший в конце 1998 года правительство Нетаниягу и приведший к досрочным выборам, застал меня на берегу Дуная, в заснеженном будапештском отеле. Кстати, большинство гостей этого отеля, сидевших в фойе, переговаривались на беглом иврите и, похоже, их гораздо больше интересовало происходящее за окном, нежели события в далеком Израиле.

В полдень, когда я наслаждался коротким перерывом в делах и предавался земным радостям в виде кружки доброго венгерского пива, мне позвонила Рухама Авраам — тогда личный секретарь Нетаниягу, а ныне депутат Кнессета от Ликуда. Руха (как мы ее называли в узком кругу) просто рыдала в трубку: «Ивет, все кончено. Считай, что правительство пало. Все, один за другим, повадились к нам в канцелярию, все чего-то требуют, что-то вымогают, и Биби не выдержал, сломался. Мы в полной растерянности, никто не знает, что делать». Я немедленно прервал свою деловую поездку и назавтра был уже в Израиле. Из аэропорта я сразу же направился в канцелярию Нетаниягу. «Сейчас я бизнесмен, частное лицо, — сказал я премьер-министру, — и потому не могу возглавить твой предвыборный штаб, впрочем, это даже лучше. Но ты можешь на меня рассчитывать — я полностью в твоем распоряжении и буду помогать всеми силами».

К своему удивлению, ни назавтра, ни через неделю, я не услышал от Нетаниягу ни звука. Уже позднее до меня стали доходить слухи о том, что, якобы, в кругу приближенных к Нетаниягу, состоявшем как из «лидеров» Ликуда, так и из его ближайших советников, велись разговоры в духе:«Ивет — электоральная обуза. Он вреден и лично Биби, и всему Ликуду. Надо во что бы то ни стало удалить его от Нетаниягу».

Эта история стала, что называется, пределом допустимого. Дальнейшее мое пребывание в Ликуде, в «моем родном политическом доме», было бы предательством по отношению ко всему тому, во что я верил, ради чего пришел в свое время в политику и в Ликуд. Поймите меня правильно: дело было вовсе не в моей личной обиде на кого-то или на что-то. Дело было в том, что если до этого момента я и мог питать какие-то иллюзии и надежды на обратимость глубинных процессов нравственного разложения верхушки Ликуда (анализ которых стал одной из «красных нитей» этой книги), то теперь мне стало окончательно ясно, что болезнь этой организации, имя которой своекорыстие и карьеризм, слишком запущена. Оставаться в Ликуде значило признать свое полное поражение в борьбе с этой хворью, да самому подвергнуться серьезному риску заражения.

На это я просто не имел права. Я понял, что если сейчас не предприму нечто решительное, вынеся на суд общественности и избирателя свою персону, свой послужной список, свои личные качества и, главное, свои идеалы (идентичные подлинным идеалам Ликуда), то мне всю оставшуюся жизнь придется носить старательно наклеиваемый на меня моими оппонентами ярлык политического хулигана, невежи, «серого кардинала» и закулисного манипулятора. Я понял, что действовать надо быстро и решительно. Моя успешная, но короткая карьера бизнесмена закончилась, и я принял решение баллотироваться в Кнессет. На пресс-конференцию в «Бейт-Соколов», где я объявил о создании партии НДИ, собрались десятки журналистов. Там буквально яблоку негде было упасть. Я, признаться, не представлял, что моя «грандперсона» вызывает такое любопытство у пишущей братии и, соответственно, у широкой читающей публики. Сказанное мной на пресс-конференции и реакция на мои слова долгое время служили газетчикам «горячей темой». Теперь, по прошествии нескольких лет, я вижу, что поступил правильно. Доказательством тому — и путь, пройденный партией НДИ, и все, что происходило и происходит Ликуде.

С тех пор мои отношения с Биньямином Нетаниягу знали взлеты и падения — от практически полного разрыва до вполне нормального общения двух старых добрых приятелей. Но, как бы то ни было, нам обоим ясно, что именно те дни заставили меня сделать окончательный выбор и окончательно сформулировать политическое кредо, осуществить которое я стремлюсь во главе партии «Наш дом Израиль».

Пределы допустимого

Высказанные мной утверждения о необходимости установить «красные линии» (пределы допустимого, переступать которые правительство не должно ни в коем случае) и о необходимости сохранить за Израилем его сдерживающую мощь, произвели должное впечатление и вызвали отклик в широких кругах израильского общества. Многие деятели «правого» лагеря выражали опасения, что мои, якобы слишком резкие заявления, причиняют «электоральный ущерб» Шарону, а международное сообщество выражало опасения по поводу моего, якобы, экстремизма, ведущего к эскалации напряженности во всем регионе. Даже многие мои сторонники выражали свою поддержку с оговорками и экивоками: я, дескать, с Вами, но зачем Вы так?

Обязанность политического деятеля — высказывать свои убеждения прямо и без обиняков, говорить людям правду — какой бы неприятной она ни была, какой бы «электоральный ущерб» она ни причиняла его союзникам и ему самому. Этого принципа я придерживался и на всем протяжении своей политической карьеры, и на страницах этой книги.

Следует признать, что «левая» часть израильского политического спектра, как правило, вела себя схожим образом, и именно поэтому идеи духовных лидеров этого лагеря, еще десять лет назад воспринимавшиеся как явное отклонение от «генеральной линии», в последние годы стали главенствующими и определяющими политику правительств Израиля. Левый лагерь постоянно выдвигал первопроходцев, саридов и бейлиных, корректировавших огонь резко влево. И по прошествии нескольких лет влево разворачивалась вся политическая ось страны. Если так будет продолжаться и впредь, и никто ничего не противопоставит этой тенденции, то «вращательный момент влево» скоро увлечет всех нас в пучину Средиземного моря, не оставив евреям ни клочка суши. Резкое отклонение курса влево совершалось в надежде умиротворить наших противников — арабов. В конечном счете, эта политика привела к утрате нами национального, да и личного достоинства.

Последний виток конфликта наглядно продемонстрировал, насколько бесперспективна и бессмысленна политика национального унижения и бесконечных уступок. Она завела нас в беспрецедентную ситуацию: нас взрывают, расстреливают, убивают и калечат, а критический пафос мирового общественного мнения нацелен не на палачей, а на жертвы, т. е. опять же на нас.

Причина тому — в утрате нашим политическим руководством основных ориентиров национальной политики. Наши лидеры в последние годы полностью подчинили свою деятельность соображениям электоральной выгоды. Вымышленная реальность затмила реальность истинную. Когда нечто подобное происходит с отдельным индивидуумом, то речь идет о серьезном заболевании. Вряд ли стоит распространяться о том, насколько подобная «практика» опасна для целой страны, целого народа, в конце концов, нации. Подлинный лидер обязан иметь смелость идти против течения, а не бросать весла, руководствуясь принципом «кривая вывезет». Возможности достижения мира в нашем регионе

В наши дни любые высказывания против «мира» весьма непопулярны. Все наперебой рядят и судят о мире и расхваливают его на все лады. Но вот беда: слово «мир» или словосочетание «мирный процесс» абсолютно неприложимы к Государству Израиль и к современной истории еврейского народа. До сих пор, по крайней мере, во всем, что касается наших взаимоотношений с палестинцами, эти слова с незавидным постоянством приводили нас лишь к новым виткам кровопролития. В контексте нашей современной истории и политики можно говорить об обеспечении личной безопасности граждан, о процессе политического урегулирования, но ни в коем случае не о «мире» и не о «мирном процессе».

Достижение мира зависит не от нас, а от наших арабских соседей. Не было и не будет в истории страны правительства, готового пойти на такие далеко идущие уступки арабам, на какие шло правительство Барака-Бейлина. Но и это — самое леворадикальное правительство в нашей истории — несмотря на свою готовность учесть все мыслимые и немыслимые «интересы и чаяния» другой стороны, не смогло заручиться согласием палестинцев на установление прочного мира с нами.

Любой непредвзятый наблюдатель вынужден прийти к однозначному выводу: принцип «мир в обмен на территории» продемонстрировал свою полную несостоятельность. Чем больше территорий мы отдавали, тем выше поднималась «планка» требований арабской стороны. Будучи, как говаривал гоголевский герой, «людьми умными и не любящими упускать то, что само плывет в руки», они действовали по принципу «аппетит приходит во время еды». Если мы не хотим быть сброшенными в море, нам следует отказаться от этого принципа и заменить его принципом «мир в обмен на мир», то есть: если наши оппоненты желают мира, они его получат; если они желают войны — они получат войну.

Уступки, на которые в прошлом шел Израиль, всегда истолковывались противной стороной вовсе не как «жесты доброй воли», а исключительно как проявление слабости. Политика нерешительности и уступок служит для наших противников приглашением к новым и новым волнам террора, к выдвижению все более завышенных претензий и требований. За свое стремление к миру народ Израиля уже заплатил тысячами убитых и десятками тысяч раненых и искалеченных людей. Мы должны сказать правду, прежде всего, сами себе и ни в коем случае не навевать на себя и друг на друга «золотой сон» пустых иллюзий. А правда заключается в том, что никакого мирного процесса нет и не было, и в том, что «ословский процесс» — опасная и запутанная политическая авантюра — был ничем иным, как грубейшей, граничащей с безумием ошибкой.

В наше время в условиях нашего региона самое большее, чего мы можем достичь в наших взаимоотношениях с соседями — это обеспечение личной безопасности наших граждан посредством сдерживания арабов и разговора с ними с позиции силы. Первейшая обязанность любого правительства — обеспечить личную безопасность граждан. Тем более это обязано делать правительство национального лагеря, сформированное в результате последних выборов. До сих пор манящее слово «мир» кружило головы и ослепляло сознание граждан Израиля и многих его политических лидеров, но настала пора отрезветь и научиться отличать реальность от утопии. Мы не рассуждая шагали вслед за зазывалами, необузданные амбиции которых (или наивность, граничащая с кретинизмом), были готовы поставить под вопрос само существование народа Израиля ради международных премий разной степени престижности и коктейлей со всяческими знаменитостями.

На Ближнем Востоке политический авантюризм всегда терпит банкротство. Факт отсутствия у голого короля одежды здесь скрыть не удается. Вспомните, как 4 октября 1973 — в Судный День — рухнула в одночасье доктрина «низкой вероятности нападения», которой тешило себя тогда наше военное и политическое руководство… Цена этих иллюзий общеизвестна. В канун первой войны в Персидском Заливе (1991 г.) специалисты заявляли, что ни одна иракская ракета не упадет на Израиль, т. к. «они просто не посмеют»… Чем это кончилось, тоже прекрасно известно. И сегодня даже самые завзятые мечтатели в Израиле окончательно убедились, что, несмотря на Норвежские соглашения и вызванную ими эйфорию, мы все еще живем на старом и недобром Ближнем Востоке. Мы живем в регионе, в котором царят культ силы, нестабильность, взаимное недоверие и ненависть. Мы живем в тех координатах, где относительное спокойствие достигается лишь благодаря взаимному сдерживанию и балансу сил. Еще одним доказательством этого послужило наше бегство из Южного Ливана. Мы в одностороннем порядке сделали очень далеко идущую уступку, вывели свои войска и скрупулезно выполнили все требования землемеров из ООН, прибывших заново маркировать израильско-ливанскую границу. Они пожелали разрезать пополам деревню — мы подчинились. Они заявили, что одна половина могилы на деревенском кладбище находится в Ливане, а другая — в Израиле — мы и тут не спорили. Наша покладистость удостоилась похвалы самого генсека ООН Кофи Аннана, публично заявившего, что Израиль выполнил все требования этой почтенной организации. Ничего взамен мы, естественно, не получили. После нашего ухода Южный Ливан стал одним из самых опасных в мире рассадников террора. Хизбалле доставляют из Ирана через Дамаск тысячи ракет и реактивных снарядов. Кое-что перепадает террористам и от самой Сирии — той самой Сирии, которая возглавляет Совет Безопасности ООН. А мировое общественное мнение, которому все это прекрасно известно, предпочитает помалкивать.

Молчанием была обойдена и история похищения при активном содействии солдат ООН наших воинов на ливанской границе. Эмиссар ООН в регионе Терье Ларссен разразился бранью, когда мы сообщили, что существует кассета, фиксирующая неблаговидную роль, которую играли солдаты ООН в этой истории. А когда скрывать это было уже невозможно, он вместе со своими коллегами и не подумал извиниться, а, напротив, сделал все, чтобы не позволить нашим представителям просмотреть кассету. А если вспомнить, что вскоре после этого он получил от Института борцов за мир им. Переса денежную премию в размере 100 тысяч долларов, то станет ясно, что лицемерие в отношении Израиля не только повсеместно торжествует, оно еще и неплохо оплачивается. Неясным остается только одно: каковы же были мотивы руководства ин-та им. Переса, принимавшего решение о присуждении этой премии г-ну Ларссену.

Итак, позволю себе еще раз повторить, что история бесконечных конфликтов, раздирающих наш регион (не только и не столько между евреями и арабами, сколько между самими арабами) доказывает: на Ближнем Востоке тишина и покой обеспечиваются исключительно балансом сил противоборствующих сторон.

Всевозможные «личные гвардии» и «спецназы» Арафата («17-й отряд», «Танзим», «Секретная служба», «Морская полиция» и пр.) — официально зарегистрированные бандитские организации.

Структуры, именующие себя «системой просвещения» и «органами пропаганды» ПА, занимающиеся массовой и непрерывной промывкой мозгов, воспитывают молодых палестинцев в духе звериной ненависти к Израилю и евреям. Взаимосвязь «официально признанных» террористов с откровенно бандитскими организациями вроде ХАМАСа и «Джихада» сравнима с ситуацией в Афганистане. Буш послал войска в эту страну не только на поиски Бин-Ладена и его укрытия. Целью антитеррористической операции СИТА в Афганистане было уничтожение режима талибов, служившего убежищем, базой и питательной почвой «Аль-Каеде». Без устранения первого была бы невозможна эффективная борьба со второй. Точно также и у нас: режим, созданный в ПА, является питательной средой и надежным убежищем террористам всех мастей, оттенков и идеологических направлений. Власти ПА охотно позволяют деятелям из ХАМАСа и Джихада создавать свои «школы», «летние лагеря» и пр., где палестинцев обучают науке убивать евреев. И подобно тому, как Буш уничтожил режим Талибов в Афганистане и преследует его сторонников по всему миру, включая Ирак, следовало бы поступить и нам с режимом ПА.

Когда речь идет об уничтожении инфраструктуры террора, мы, прежде всего, должны иметь в виду уничтожение политического режима ПА. Есть ли смысл вновь и вновь перечислять доказательства прямой причастности этого режима к террору? Достаточно вспомнить историю с кораблем «Карин-Эй» или с Марваном Баргути — «умеренным палестинским деятелем», осужденным израильским судом на пять пожизненных заключений за убийство пяти израильтян. Можно прибавить к этому титанические усилия Арафата для того, чтобы избавить от возмездия лидера «Народного фронта» Ахмада Саадата, ответственного за убийство Рехавама Зеэви. Перечисленного вполне достаточно, чтобы самый предвзятый наблюдатель был вынужден признать, что режим ПА напрямую связан с террором и несет полную ответственность за него.

Мы должны положить конец разговорам о всяческих «коридорах» и «территориальной непрерывности». Исторический опыт учит, что все и всяческие коридоры не только не оправдывают себя, но напротив, служат источником эскалации напряженности и конфликтов, как это было с Данцигским или Западноберлинским коридорами. Нам следует изыскивать возможности налаживания нормальных отношений с каждым из местных палестинских лидеров в отдельности, а не пытаться наделить палестинцев непрерывным территориальным образованием, разрезающим нашу территорию на куски и превращающим жизнь наших граждан в ад. И хотя последняя интифада сняла с повестки дня разговоры о создании «гарантированных проходов» и «коридоров», нельзя поручиться, что после следующих выборов не будет сформировано правительство, которое пожелает реанимировать эти идеи. Тем более, что администрация США в лице Джорджа Буша, вдохновленная нашими миротворцами, уже реанимировала этот призрак, заговорив о том, что «будущему палестинскому государству должна быть обеспечена территориальная непрерывность».

Арабы в Израиле

За годы последней интифады экстремизм арабских граждан Израиля сильно вырос и их отношение к нашей стране стало откровенно враждебным. Рост экстремизма арабских масс направляется и подогревается радикальным политическим руководством. Подстрекательские речи, пропаганда ненависти и насилия все чаще находят отклик на арабской улице и ввергают отношения евреев и многочисленного арабского меньшинства в пучину кровавого противостояния. Арабы, живущие в Галилее и в т. н. «Треугольнике», и составляющие большинство населения этих мест, с жадностью впитывают ультранационалистическую идеологию. Недалек тот день, когда они потребуют для себя вначале культурной, затем политической автономии, а затем и полного отделения от Государства Израиль.

Обострение отношений с израильскими арабами вызвано также нашим безразличием к тем, кто связал свою судьбу с нами. Быть нашим союзником и помощником попросту невыгодно и опасно. В годы последнего витка конфликта были убиты сотни осведомителей, оказывавших помощь нашим службам безопасности. Арабы — граждане Израиля, все еще верящие в возможность сосуществования двух народов в одной стране, чуть ли ни ежемесячно похищаются палестинскими боевиками, вывозятся на территорию ПА, подвергаются там чудовищным пыткам и издевательствам, а наши записные правозащитники, включая БАГАЦ, молчат и делают вид, что ничего страшного не происходит. Я писал о необходимости всеми силами оберегать и поддерживать тех, кто встал на нашу сторону и помогает нам. Я неустанно повторял, что предательство наших братьев по оружию из Армии Юга Ливана станет для всего мира ярчайшим свидетельством нашей нравственной несостоятельности и нечистоплотности, пятном, отмыть которое мы не сможем никогда.

Наше предательство в отношении наших союзников стало последним сигналом тревоги для израильских арабов. В короткий промежуток времени между нашим бегством из Ливана (июнь 2000 г.) и началом кровавых беспорядков (сентябрь 2000 г.) стало заметно, что тон арабов-депутатов Кнессета стал куда более экстремистским. Главной причиной этого стал длинный перечень наших предательств.

Израильские арабы прекрасно понимают, что поддержка палестинской автономии приносит им только выгоду: если Израиль выйдет победителем в своем противостоянии с ПА, им спишут все, что угодно и никто не будет сводить с ними счеты. Этому учит их опыт многих десятилетий, да и совсем недавние события, когда призыв арабского политического руководства создать на арабской улице монолитную политическую силу, единым фронтом противостоящую Израилю, не вызвал никакой реакции со стороны наших властей. А ведь смысл этого призыва в том, чтобы зафиксировать и узаконить Израиль, как не еврейское, а двунациональное (на первых порах) государство. Кризис отношений с израильскими арабами достиг такой точки, когда необходимо принять самые экстренные и решительные меры, иначе будет поздно. Мы станем свидетелями и участниками чудовищного противостояния внутри нашей собственной страны, противостояния, которое принесет неисчислимые страдания израильским арабам, но обойдется дорого и нам, нашему государству, которое наши отцы-основатели, да и мы сами мечтали видеть еврейским.

Отношения между народами так же, как и между отдельными людьми, должны строиться на принципах взаимной адекватности. За помощь должно воздаваться добром так же, как попытка навредить должна наказываться. Поведение Израиля в отношении арабов практически всегда демонстрировало обратное: мы не воздавали добром за помощь, и никак не реагировали на явно враждебные действия и подстрекательство против нас. Собственно, почти все, обсуждаемое в книге, можно свести к двум тезисам:
а) возможность обеспечения личной безопасности граждан Израиля как антитеза утопиям и иллюзии «мирного процесса»;
б) роль и место арабов — граждан Израиля в региональном политическом урегулировании.
Казалось бы, весь ход событий последних лет и пафос последней избирательной кампании обязывали правительство Ариэля Шарона целиком и полностью посвятить себя решению именно этих вопросов.

Судите сами.

Сокрушительное поражение левых сил на прямых выборах премьер-министра в феврале 2001 года и на парламентских выборах 2003 года ярчайшим образом свидетельствовали о полной утрате обществом доверия к ословской фразеологии, оказывавшей формирующее влияние на политику правительств Израиля с 1992 года. Израильские «левые» так и не осознали масштабов собственного краха. Более того, Эхуд Барак в своей «речи проигравшего» в феврале 2001 года почти открыто призывал к расколу в народе. Утверждения вроде «народ еще не созрел» мало отличаются от знаменитого тезиса Ицхака Бен-Аарона, утверждавшего после выборов 1977' года, что «народ ошибся».

Не случайно, что левые нашли главных «виновников» случившегося — репатриантов из СНГ. Именно они стали ведущей силой политических процессов, приведших к отрезвлению от ословской вакханалии. Лучше всех настроения израильских «левых» выразила поэтесса Далья Равикович, заявившая что русскоговорящих репатриантов надо лишить избирательного права, так как они, мол, ничего не смыслят в израильских реалиях и прибыли из стран, в которых нет давних демократических традиций. Отсюда недалеко до требований лишить избирательного права поселенцев, религиозных евреев, да мало ли кого еще — ведь огромное большинство народа Израиля не разделяют утопических взглядов и прекраснодушия правящего истеблишмента. Странно, что люди, с умным видом рассуждающие об ответственности перед народом, страной и историей, не понимают, что подобные заявления заключают в себе огромную опасность для всех вышеперечисленных, внося раскол в израильское общество (при том, что ему как никогда необходимо единство, сплоченность и стойкость).

Но результаты выборов 2003 года стали выражением не только отторжения иллюзий Осло. Они отражали страхи и растерянность целого народа, заведенного в политический, военный и экономический тупик. Поэтому народ ухватился, как за спасительную соломинку, за Ариэля Шарона — за его славную биографию и облик все знающего и все понимающего «мудрого дедушки». Его славное прошлое в глазах народа было гарантом того, что он сумеет найти выход из тупика и поведет страну к новым горизонтам.

К сожалению, Шарон не сумел или не захотел проявить мужество и принять вызов, бросаемый руководителю Израиля современностью. Его затея с «отключкой» не заключала в себе ничего положительного. Весь ее смысл сводится к тому, что можно запросто демонтировать еврейские поселения и выгнать евреев из собственных домов. Надо обладать абсолютной политической слепотой для того, чтобы не понимать, что именно этот и никакой другой посыл и будет усвоен нашими оппонентами.

В этой книге я предлагаю альтернативное решение. Вокруг этого плана могут сплотиться самые широкие слои израильского общества — сторонники правого лагеря, русскоговорящие репатрианты, религиозные, еврейские «традиционалисты» и все, кто хочет видеть Израиль надежным убежищем для всех евреев, подлинно еврейским домом.

Наша цель — выявить то, что нас всех объединяет, а не разделяет. Нет и быть не может принципиальных противоречий между чаяниями религиозных евреев и репатриантов из стран СНГ. При всем кажущемся различии культурного багажа и образа мыслей представителей этих общин, очевидно, что русскоговорящие евреи в своей массе отнюдь не собираются «сбрасывать с корабля истории» духовное наследив своего народа. Да и религиозным евреям есть чему поучиться у евреев-выходцев с огромных просторов Российской империи. Достаточно вспомнить, что Восточноевропейское еврейство обогатило сокровищницу наших традиций такими гигантами духа как Виленский Гаон и раби Нахман из Брацлава.


Комментарии

знаете ли вы, что

"Дорога Либермана"

Официально новая магистраль, ставшая альтернативой проходящему по деревням «Фатахлэнда» Тоннельному шоссе, помечена на картах номером 398. Но между собой поселенцы называют ее не иначе, чем «дорогой Либермана». Ведь именно Либерман пробил в джунглях израильской бюрократии проект нового шоссе.

Подробнее »

Еще »

Подпишитесь на рассылку

Присоединяйтесь

1999
2001
2003
2006
2009
2015