Слабому на Востоке - не место

Интервью с Авигдором Либерманом, лидером партии "Наш дом Израиль"

03.05.00

Авигдор Либерман живет в поселении Эль-Давид в Иудейской пустыне. По дороге домой в его машину не раз кидали камни. Он, как и все поселенцы, выходит на дежурство с оружием. Он знает, что такое безопасность. Он знает, что ее нельзя измерить в процентах. Она или есть, или ее нет.

       

Слабому на Востоке - не место

Почти год прошел после израильских парламентских выборов.

Авигдор Либерман, в недавнем прошлом правая рука и ближайший соратник бывшего премьер-министра Биньямина Нетаниягу, ныне возглавляющий партию "Наш дом Израиль", чья фракция имеет четырех депутатов в Кнессете, продолжает занимать внимание журналистов и политологов не только в Израиле, но и далеко за его пределами. С тех пор он не сменил имидж, не прошел ускоренный курс института благородных девиц - Либерман и в оппозиции остался самим собой. Даже левая израильская пресса с уважением отзывается о нем: "Вакуум, образовавшийся в руководстве правого лагеря, постепенно заполняется усилиями депутата кнессета Авигдора Либермана. А точнее - им самим. Стоит хотя бы один раз посмотреть по телевизору заседание кнессета, на котором выступает Либерман, чтобы понять, кто сегодня является настоящим лидером оппозиции.

Достаточно увидеть реакцию депутатов от арабских партий, израильских коммунистов и соратников Сарида и Бейлина. Сегодня Либерман - доминирующая личность в правом лагере. Именно он является бульдозером, толкающим вперед все массовое движение против отступления с Голан. Сейчас он занят строительством такой мощной структуры, что Ликуду придется просить о присоединении к его партии, а не наоборот." В многочисленных интервью Либерман подробно разъясняет свои позиции и твердо их отстаивает: "Я трезво смотрю на вещи и убежден, что надо всегда говорить правду, даже если она неприятна."

Его высказывания созвучны Чаадаеву: "Я не научился любить свою Родину с закрытыми глазами, с преклоненной головой, с запертыми устами. Я нахожу, что человек может быть полезен своей стране только в том случае, если ясно видит ее. Я думаю, что время слепых влюбленностей прошло, и теперь мы, прежде всего, обязаны Родине истиной." Он говорит о будущем Израиля и, порой, его прогнозы бывают весьма мрачными и даже апокалиптичными. Но он никогда не говорит сгоряча - ни одной необдуманной мысли, ни одной случайно вырвавшейся фразы.

- Нашу страну пытаются растащить по всяческим направлениям: сирийскому, палестинскому, ливанскому. Нет никакой стратегии. Принятие решений в государстве основывается исключительно на предвыборных соображениях. Все приносится в жертву рейтингам, процентам, опросам общественного мнения. Видение проблем в долгосрочной перспективе отсутствует. Все идет кувырком, и нет лидера, который взял бы на себя ответственность за непопулярные, но необходимые решения.

Страна нуждается в кардинальных изменениях, в основательной перестройке. Либерман объясняет, что он имеет в виду, говоря о стратегическом мышлении: - Примером лидера с подлинно государственным мышлением является Бен-Гурион. После Синайской кампании Бен-Гурион решил, что необходимо развивать стратегический потенциал Израиля и начать строительство атомного реактора в Димоне. Со всех сторон ему твердили, что в стране нет ресурсов, нет денег, а для того, чтобы воплотить в жизнь его планы, потребуются колоссальные финансовые средства, в результате чего неизбежно катастрофическое снижение уровня жизни. Но Бен-Гурион точно знал, что необходимо сделать. Он был готов пойти на снижение уровня жизни, чтобы повысить уровень безопасности страны. В этом и заключается умение настоящего руководителя брать на себя ответственность со всеми вытекающими последствиями. Нельзя жертвовать всем в погоне за популярностью. Когда речь идет о существовании государства, надо уметь принимать правильные решения. А сегодня система власти в стране не работает, порядок приоритетов выстроен неправильно, не видно желания и готовности заниматься разрешением насущных проблем. Власти руководствуются чем угодно, но только не подлинно государственными соображениями. Когда я говорю такие вещи, меня называют экстремистом. Тот, кто это утверждает, по-видимому, просто не понимает того, что происходит вокруг нас, в регионе Ближнего Востока.

О ближневосточном мирном процессе Либерман отзывается довольно жестко:

- О мире между народами речь не идет. Это мир с арабской верхушкой. И договор с Египтом, и договор с Иорданией подписаны с правящими элитами этих стран. Наш договор с Хашимитским королевством - это договор с королевской династией - не более того. Между тем, уже сегодня в иорданском парламенте властвуют исламские экстремисты. В Иордании вообще нет широкой поддержки миру с Израилем. Скорее наоборот - вся интеллектуальная элита Иордании настроена резко антиизраильски. Трое иорданских журналистов были исключены из Союза журналистов только за то, что они побывали в Израиле. Иорданская парламентская делегация вела себя по-варварски во время посещения Пещеры Праотцев в Хевроне - в нарушении всех норм международного права, не говоря уже об этике отношений между государствами, заключившими мирный договор. Состояние мира на Ближнем Востоке - производная не договоров, а стратегического баланса сил. Мирные договоры, которые мы подписываем с арабскими странами, не имеют никакого смысла. Обратите внимание на тот факт, что 90 процентов всех войн на Ближнем Востоке велись мусульманами против мусульман и к Израилю не имели никакого отношения. Египет воевал с Ливией, потом с Суданом, Ирак воевал с Ираном, потом с Кувейтом, Южный Йемен воевал с Северным - множество вооруженных конфликтов с десятками тысяч жертв.

Вспомним, как началась война Ирака с Ираном. Саддам Хусейн подписал с шахом Ирана договор о мире, дружбе и взаимопомощи. Когда шаха свергли, а его армия развалилась, Саддам понял, что Иран ослаблен - он тут же начал войну и одержал победу. Едва закончив войну с Ираном, багдадский диктатор напал на Кувейт. Интересно, что Кувейт поддерживал Саддама Хусейна на всем протяжении войны с Ираном.

- Какие же выводы можно из всего этого сделать?

- Очень простые. Когда на Ближнем Востоке изменяется баланс сил, сильный немедленно нападает на слабого, несмотря на прежние договоренности.

- Но мир все же имеет свои выгоды.

- От мира с Израилем выиграл прежде всего Египет. Они получили Суэцкий канал, Синай, новейшее американское вооружение, технологии, экономическую помощь, международное признание - все на свете. Ближневосточный регион отмечен пятью Нобелевскими премиями мира. А мира нет. С каждой новой наградой территория нашей страны становится все меньше. Нам не нужны премии. Нам нужен Израиль. К сожалению, процесс "Осло" нельзя повернуть вспять. Я живу в реальной жизни, а не на облаке и хорошо понимаю это. Что сделано, то сделано. Вместе с тем я утверждаю, что мы не сможем сейчас достичь соглашений с палестинцами. Слишком много сложных трудноразрешимых, а порой и вовсе не разрешимых проблем и взаимных претензий. Например, мы не договоримся с ними по вопросу о Иерусалиме. Соглашения "Осло" раскололи общество на два лагеря. Но есть то, что нас всех объединяет - Иерусалим. Поэтому моя позиция состоит в том, что пока Арафат не откажется от любых притязаний на нашу столицу, с ним невозможны никакие соглашения. Иначе эта бомба рано или поздно взорвет любой договор.

Я уже говорил, что залогом мира с арабами может быть только наше стратегическое превосходство. Без этого нет шансов выжить на Ближнем Востоке. Для того, чтобы выжить, Израиль должен быть сильным. Сильным своей армией, своей экономикой, единством своих граждан.

Софья Васильева, Иерусалим
Газета "Новое русское слово" (Нью-Йорк), 3 мая 2000 г.


Комментарии

знаете ли вы, что

"Дорога Либермана"

Официально новая магистраль, ставшая альтернативой проходящему по деревням «Фатахлэнда» Тоннельному шоссе, помечена на картах номером 398. Но между собой поселенцы называют ее не иначе, чем «дорогой Либермана». Ведь именно Либерман пробил в джунглях израильской бюрократии проект нового шоссе.

Подробнее »

Еще »

Подпишитесь на рассылку

Присоединяйтесь

1999
2001
2003
2006
2009
2015