Дело Либермана: под знаком доносительства, или сюжет для романа Артура Хейли (часть 6-я)

26.05.13

2 мая, в отличие от предыдущего заседания, в зале Иерусалимского мирового суда полный аншлаг. Подавляющее большинство – журналисты. На дачу показаний главного свидетеля обвинения — бывшего заместителя министра иностранных дел Дани Аялона пожаловал лично Шимон Шифер, маститый политический обозреватель. Съехались на Русское подворье и представители зарубежных СМИ: не каждый день в судебных инстанциях слушаются уголовные дела бывших вице-премьеров, а уж сегодня наверняка будут приведены леденящие кровь факты – недаром накануне пресса нагнетала страсти, всячески рекламируя предстоящее свидетельство Аялона…

       

Дело Либермана: под знаком доносительства, или сюжет для романа Артура Хейли (часть 6-я)

Начало статьи читайте здесь: "Дело о недоносительстве: улики или «утечки»? (Часть 1-я)""Дело о недоносительстве: «…а у нас микрофон. Вон!» (Часть 2-я)""Дело о недоносительство: уголовщина или... политика? (Часть 3-я)""Дело о недоносительстве: подсознание израильской юридической элиты (часть 4-я)", "Дело о недоносительстве: слухами МИД полнится (часть 5-я)".

Авигдор Либерман, напомню, обвиняется в обмане и злоупотреблении служебным положением: в октябре 2008 года Зеэв Бен-Арье передал ему в минском отеле записку, в апреле 2009-го был назначен советником политического штаба министра, а в октябре его кандидатура была единогласно (восемью членами комиссии по назначениям) утверждена на должность посла в Латвии. При этом профессиональные качества Бен-Арье, официально закрепленные в характеристиках руководства МИД с 1992-93 по 2005 год, не играют абсолютно никакой роли, как не имеет значения и то, что на посту советника его зарплата нисколько не повысилась, а Рига, где ему предстояло работать, – не Вашингтон и  не Москва. Прокуратура руководствуется совершенно иной логикой: Либерман не только не воспрепятствовал новым назначениям дипломата, но, скорее всего, – способствовал. Значит, хотел отблагодарить Бен-Арье за оказанную ему «услугу».

Если в суде будет доказано, что по горизонтальной (с небольшим наклоном вниз)   иерархической лестнице Бен-Арье продвигали по блату, Либермана признают виновным, а   прокуратура получит долгожданную сатисфакцию: теперь ее уже не смогут попрекнуть, что много лет подряд она бесцельно транжирила рабочие часы и государственные миллионы на широко разрекламированное расследование.

Авигдор Либерман

Израильское право, напомню, зиждется на том, что обязанность законопослушного гражданина – незамедлительно сообщить в компетентные органы о любом нарушении. Отец легонько шлепнул 7-летнего сына по заднице? Малыш знает: нужно пожаловаться учительнице, та передаст информацию в социальную службу – и папаше мало не покажется… Начальник по-дружески чмокнул в щеку подчиненную? Значит, сексуально озабочен и домогается. Долг женщины – немедленно подать сигнал в полицию. Самый свежий пример – дело журналиста Имануэля Розена. Смазливые репортерши, за которыми он приударял пять, десять и даже 17 лет назад, «внезапно» восстановили в памяти шокирующие подробности. Напечатали в своих блогах мемуары — и помчались жаловаться в полицию. Просвещенную общественность, впрочем, ничуть не смутило то обстоятельство, что много лет подряд обиженные Розеном девушки хранили гробовое молчание, предпочитая не доносить на влиятельного ухажера.

Но где Розен, звезда свободной отечественной прессы, и где Либерман – «русский» поселенец, категорически не приемлющий политические игры Абу-Мазена?!

ОТ ФАКТОВ НЕ УЙДЕШЬ

30 апреля в ходе дачи свидетельских показаний от имени государственного обвинения бывший генеральный директор МИД Йоси Галь и бывший начальник Управления кадров Шимон Родед подчеркнули: Бен-Арье – опытный высокообразованный дипломат, его кандидатура полностью соответствует критериям, которыми руководствуется комиссия по назначению послов.

Интересно, как отзовется о профессиональных качествах Бен-Арье бывший глава комиссии  Дани Аялон?

dany-delo-1-s

Прежде, чем ответить на вопросы прокурора, главный свидетель государственного обвинения рассказал о себе:

«Работать в МИД я начал 24 октября 1989 года, забросив карьеру экономиста и финансиста: я ощущал, что должен выполнять иную миссию и заниматься разъяснительной работой. До перехода в МИД я шесть месяцев проработал в министерстве промышленности и торговли, параллельно был принял на учебный курс зарубежных посланников данного ведомства и на аналогичный курс МИД… Курс минпромторга я прошел успешно, а когда меня приняли на учебный курс МИД, я ушел из минпромторга.

Спустя два года, в период моей учебы на курсе в МИД, началась Война в заливе, и я  работал в специальном информационном штабе МИД. Выехал в Панаму консулом — вторым  номером, работал там с 1991 по 1993 год. После этого меня назначили на должность представителя Израиля, постоянного члена делегации Израиля в ООН в Нью-Йорке. Там я работал 4 года – до 1997-го. По возвращении в Израиль меня попросили стать представителем МИД в министерстве главы правительства. Я работал советником по вопросам государственной политики при трех премьер-министрах (по этому поводу известный политический обозреватель Равив Друкер написал в своем блоге: Аялон – человек гибкий, невероятно гибкий – Э.Г.). Начал с первой каденции Нетаниягу, затем работал при Эхуде Бараке, а потом – при Ариэле Шароне, назначившем меня старшим советником. Затем он и Шимон Перес попросили меня представлять Израиль в Вашингтоне. Там я работал с 2002 по ноябрь 2006 года, около четырех с половиной лет, а по возвращении уволился из МИД».

По просьбе прокурора Аялон энергично воспроизвел показания, которые дал в полиции: «В октябре 2009 года, незадолго до заседания комиссии по назначениям, министр иностранных дел Либерман пригласил меня к себе в кабинет, поговорил о текущих проблемах и под конец попросил назначить Бен-Арье послом в Латвии, «потому что его кандидатура — лучшая».

Бен-Арье в тот период работал советником в политическом штабе МИД. У министра, разъяснил Аялон, два штаба. Первый — по вопросам государственной политики. В каденцию Либермана этот штаб по очереди возглавляли три дипломата, и все трое, по словам Аялона, очень способные. Второй штаб – политический, его обычно возглавляет доверенное лицо министра. По просьбе прокурора Аялон разъяснил: «Советник политического штаба – это престижная должность, обещающая быстрое продвижение по службе».

Является ли продвижением по службе назначение советника послом в такой небольшой стране, как Латвия? Несмотря на то, что прокурор Михаль Сибель-Дарэль назвала Латвию «второстепенным государством», Аялон ответил на заданный ею вопрос утвердительно.

Повествуя о процедуре назначения, Аялон сказал: «Кандидатура Бен-Арье была утверждена единогласно всеми членами комиссии».

Прокурор: — Помните ли вы, что вы сказали на заседании комиссии по назначениям о Бен-Арье?

Аялон: — Да, помню, я сказал, что он самый лучший кандидат.

По словам Аялона, после того как комиссия единогласно утвердила кандидатуру Бен-Арье, он позвонил министру, и Либерман сказал ему: «Большое спасибо».

- Значит, министр был причастен к назначению?! – переспросила прокурор Михаль Сибель-Дарэль.

- Да, конечно, — отвечал Аялон, — и… он отнюдь не первый министр, который был в курсе того, кого из дипломатов назначают послами…

Аялон разъяснил: до вступления Либермана на пост главы МИД комиссию по назначениям послов возглавляли его предшественники-министры Ципи Ливни и Сильван Шалом.

Либерман, однако, полагался на Аялона до такой степени, что доверил ему руководство главной министерской комиссией. Внес Аялон ясность и в процедуру назначения: чтобы заседания комиссии не затягивались до бесконечности, консенсус по той или иной кандидатуре достигался заранее. Обычно за пару дней до заседания комиссии в кабинете Аялона собирались генеральный директор и начальник кадрового Управления, знакомились с личными делами, обсуждали все кандидатуры и отмечали, кто, с их точки зрения, является наилучшим претендентом. Еще бы: как разъяснил на предыдущем заседании суда бывший генеральный директор МИД Йоси Галь, в министерстве порядка 1000 сотрудников, так что в год комиссии приходится рассматривать сотни личных дел.

Подозреваю, что читатели заскучали. В свое время мне, как репортеру, довелось присутствовать на слушании десятков уголовных дел об убийствах, торговле живым товаром, дерзких ограблениях и крупном мошенничестве, а здесь, вынуждена признаться, – скука смертная. Что за репортаж напишешь с заседания,  смахивающего на рутинную ведомственную планерку?! По-моему, в зале столичного суда на Русском подворье было бы более уместным присутствие писателя типа Артура Хейли: после вынесения приговора он (по аналогии с «Аэропортом», «Колесами» и «Отелем») выпустил бы роман  «МИД».

Что же касается «криминальных репортеров», то им здесь искать нечего: никакой интриги, никакого «экшн». Разве что в ходе перекрестного допроса всплывут   сенсационные подробности… 

Оригинал: http://www.forumdaily.com/30885/

Продолжение читайте здесь: Дело Либермана: Аялон против Аялона (Часть 7-я)

Эвелина Гельман


Комментарии

знаете ли вы, что

"Дорога Либермана"

Официально новая магистраль, ставшая альтернативой проходящему по деревням «Фатахлэнда» Тоннельному шоссе, помечена на картах номером 398. Но между собой поселенцы называют ее не иначе, чем «дорогой Либермана». Ведь именно Либерман пробил в джунглях израильской бюрократии проект нового шоссе.

Подробнее »

Еще »

Подпишитесь на рассылку

Присоединяйтесь

Публикации в прессе

1999
2001
2003
2006
2009
2015